Юрий ШУШКЕВИЧ (y_shushkevich) wrote,
Юрий ШУШКЕВИЧ
y_shushkevich

FATA MORGANOFF. Драма буржуазной мечты.


Сподобился по ощущениям, с недавних пор плотно и неотступно пронизывающих жизнь, написать салонную пьесу на 100-120 минут.

Если в созданном весной  "Эксцессе артиста" я попытался сказать символическое "прощай" так называемому новому дворянству из чиновников и силовиков, то здесь - то же самое по отношению к другому крылу отечественного правящего класса. Коли так пойдёт, то следующим из-под моего пера выйдет что-нибудь совсем анархическое.

Хотя главной идеей пьесы можно назвать и проблему повышения пенсионного возраста для поколения 1960-х, и поиск красоты в современном мире, и превратности нечаянной и поздней любви. Так что можно без политики.


FATA MORGANOFF
Драма буржуазной мечты

Действие пьесы разворачивается в резиденции российского олигарха Виктора Рудольфовича Моргановского, некоторое время назад погибшего в Южной Америке. В особняк приглашены бывшие коллеги и сподвижники предпринимателя, с которыми много лет назад тот начинал свой бизнес. Все они в разное время его покинули, не выдержав тяжёлого характера и непомерного риска, однако удачливый бизнесмен, сохраняя признательность по отношению к старым партнёрам, упомянул их в своём завещании.
Теперь каждый из этих не сильно преуспевших людей, не видавшихся почти двадцать лет, в сопровождении мужей и жен, оказался на пороге новой жизни, обещающей, наконец-то, стать счастливой и богатой.
Увы, блестящая новая реальность, отягощённая старыми проблемами и неожиданными вызовами, выходит совсем иной.
Действующие лица:

Главные роли
Наталья Дмитриевна Моргановская — мама олигарха, аккуратная и интеллигентная женщина в преклонном возрасте
Людмила Моргановская — жена олигарха, эффектная шатенка с умными глазами и волевым лицом
Григорий Иванович Огарёв — однокашник и первый партнёр Моргановского в бизнесе, ныне потрёпанный жизнью человек в возрасте под пятьдесят
Ипполит Ильич Невежин — прежде управляющий Моргановского, ныне отставной госчиновник и красавец-мужчина
Аделина Невежина — юная жена Ипполита Невежина
Светлана Троицкая-Лессер — прежде бухгалтер Моргановского, цельная и привлекательная женщина, о своём нынешнем состоянии предпочитающая не сообщать
Герман Лессер — юридический супруг  Светланы (развод не завершён), вздорный, желчный, но по-своему ранимый человек чрезвычайно либеральных убеждений
Михаил Танский — художник и архитектор, друг Моргановского
Эпизоды
Адвокат
Камердинер
Судебный пристав
Рабочие






ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Сцена 1. Гостевая комната богатого загородного дома: глубокие кресла, полумрак, первоначально ярко освещён только маленький пятачок возле входной двери

Огарёв (переступает за порог, вглядывается — и застывает в изумлении) Не верю своим глазам! Ипполит, это ты? Какими судьбами?
(Загорается свет)
НЕВЕЖИН  Григорий? Неужели? Сколько лет, чёрт возьми! Тебя что — тоже сюда позвали?
Огарёв (в лёгком замешательстве, пристраивая на вешалку плащДа, мне неожиданно позвонил адвокат по наследству... представился, что от Моргановского... Якобы в завещании обнаружили мою фамилию и я что-то должен получить. Бедный Виктор! Ведь я даже понятия не имел, что его уже полгода как нет. Вроде бы предприниматель богатый и известный, практически олигарх,— а ни одной статьи в газетах, ни одного некролога...
НЕВЕЖИН (сначала — полушёпотомЯ тоже узнал обо всём об этом буквально на днях. Погиб, страшно сказать, в Южной Америке, разбился при осмотре какого-то водопада, где собирался что-то строить... Думаю, нам ещё расскажут. Кстати, познакомься,— Аделина, моя супруга.
(Аделина Невежина занята чтением; с явной неохотой она оборачивается и, не привстав из кресла, посылает мужниному знакомому кислую улыбку)
Огарёв (АделинеОчень приятно. Григорий Огарёв, однокашник Виктора Рудольфовича. Когда-то вместе бизнес начинали... Тогда же подружился и с Ипполитом, он был у нас вроде финансового директора. (Обращаясь к Невежину) Как долго мы вместе работали — лет восемь?
НЕВЕЖИН Да, восемь лет. Ты раньше ушёл, а я ещё год векселями вперемешку с воздухом торговал... Страшно вспоминать!
Огарёв Да чего уж бояться — сколько лет прошло? Пятнадцать? Семнадцать?
НЕВЕЖИН  От твоего ухода — да, семнадцать... Не знаю ни одного человека, кому работать с Моргановским было бы легко. Когда Виктор мне “вольную” подписал — словно гора спала с плеч, будто заново на свет родился!
АДЕЛИНА (опустив книгу, зевая) Лучше бы ты потерпел — были бы мы сегодня в шоколаде.
НЕВЕЖИН (растерянно улыбнувшись) Может быть… возможно.  Наверное, ты права — дал я в тот раз слабака. И ещё, ты же знаешь,— Моргановский, этот буквально зверь по деланию денег, на всю жизнь отбил у сотрудников охоту воровать! Потому когда я затем устроился на госслужбу — то жил почти что на одну зарплату, а её даже сравнить нельзя с тем, что я мог бы иметь, если бы с Виктором остался! Министр, правда, пятикомнатную квартиру за безупречную службу выделить обещал, но не сдержал, подлец, слова. С другой стороны, я вышел в отставку в полном здравии, а остался бы у Виктора — не факт, что ходил бы сейчас живой и здоровый, без инфарктов и инсультов.
АДЕЛИНА  Не оправдывайся, ты живучий! А министр твой — сволочь, вместо квартиры на Спиридоновке отделался от тебя почётной грамоткой! А я ещё слышала, что квартиру ту он своей любовнице подарил, чтобы не рыпалась, когда он с новой закрутил, кобель шелудивый! Если бы ты не промолчал тогда — была бы та квартирка нашим миллионом долларов для спокойной и красивой жизни! Или всеми двумя — в Центре ведь недвижимость только и знает, что в цене растёт!
НЕВЕЖИН Адель, ну не надо нам сора из избы... Тем более — нас сюда вовсе не чай попить позвали, давай подождём, что будет в завещании... Кстати — похоже, кто-то ещё идёт.
(Стук в дверь, на пороге двое: первой входит в гостиную Светлана Троицкая-Лессер, за ней, на некоторой дистанции – Герман Лессер)
СВЕТЛАНА (с изумлением в голосе) Гришка, это ты? Ну ты и постарел... И вы, Ипполит Ильич? То есть вся наша старая команда снова в сборе?
НЕВЕЖИН Если не считать предводителя — то да. Здравствуй, Светик!
ОГАРЁВ  Привет! В самом деле — невероятная встреча! (Обращаясь к спутнику Светланы) Позвольте представиться — Григорий Огарёв.
ЛЕССЕР (сухо) Герман Лессер, супруг. К команде вашей, увы, отношения не имею.
ОГАРЁВ  Да уж какая команда теперь... Вот если бы Виктор сподобился собрать нас раньше! Такая нелепая, преждевременная смерть...
СВЕТЛАНА Да, какой-то прямо ужас... словно гром среди ясного неба. Со вчерашнего дня, как адвокат позвонил,— ничего делать не могу.
ЛЕССЕР (усмехнувшись, обращаясь ко всем) Светлане Николаевне стоило бы иногда знакомиться с моими публикациями в “Форбс”. Я писал ещё три года назад, что все бизнесы Моргановского в России обанкрочены, а ему самому пришлось уносить отсюда ноги — к счастью, не с пустыми карманами. Года полтора назад имя Моргановского упоминалось в заметке о стартапах в Латинской Америке, а ровно шесть месяцев назад было сообщение о его смерти в результате обрушения утёса недалеко от водопада Анхель. Я видел фоторепортаж — там действительно страшное место, шансов уцелеть — ноль, это понятно.
НЕВЕЖИН  А вот мне непонятно, зачем его в те дебри потянуло? В Латинской Америке, коль скоро он её выбрал, есть масса более спокойных мест для бизнеса.
ЛЕССЕР  Если бы выбрал другие — вас бы сюда не позвали. А так — поскольку человек он был своеобразный и оригинальный, то предусмотрел в завещании опцию для тех, с кем когда-то начинал строить свою бизнес-империю. Очистил, можно сказать, душу от старых обязательств.
НЕВЕЖИН   Вообще-то, вы цинично рассуждаете...
ЛЕССЕР  В пределах допустимого, поскольку между нами в принципе обязательств нет. И нахожусь в вашем кругу лишь постольку, поскольку продолжаю считаться законным мужем своей бывшей жены. Но она сама виновата — затянула с разводом, из-за чего теперь придётся поступиться половиной её доли в наследстве.
СВЕТЛАНА  Герман, ты... ты непостижимый человек! Неужели я дала тебе хоть один повод заподозрить меня в непорядочности? В конце-концов, получив приглашение сюда, я могла ничего тебе не сообщать — разве не так?
ЛЕССЕР В завещании Моргановского специально сделана оговорка, что наследниками являются перечисленные лица вместе с законными супругами — видимо, покойному были небезразличны вопросы нравственности. А в паспорте твоём — штамп о браке, поэтому без меня тебе всё равно ничего не отдадут.
ОГАРЁВ Друзья, друзья, о чём вы? Зачем?
СВЕТЛАНА (с улыбкой) Не волнуйся, Гриша, это Гера таким вот своеобразным образом решил объяснить, почему я от него сбежала. А ты, я смотрю, один приехал?
ОГАРЁВ Да, один. Брак в моём случае был недолгим и закончился с первыми по-настоящему серьёзными трудностями, меня накрывшими.
СВЕТЛАНА  А что стряслось, если не секрет?
ОГАРЁВ Секретов не держу, о моём случае тоже, кажется, писали в “Форбсе”. Уйдя от Виктора, я сменил три или четыре работы, пока не устроился гендиректором в одну крупную компанию — при этом проглядев, что собственники втихаря выводили оттуда деньги, вскоре и вовсе удрав за границу. Поскольку при банкротстве делить оказалось нечего, кредиторы привлекли меня по субсидиарной ответственности, и арбитражный суд, разумеется, их поддержал. В счёт астрономического долга у меня отобрали подчистую всё имущество, включая квартиру и даже сохранившийся от отца железный гараж. Потому не исключаю, что из того, что Виктор Рудольфович мне отписал, у меня всё снова заберут.
НЕВЕЖИН Вот те и новость! А я, грешным делом, тебя везунчиком считал, который, не в пример нам, получит всё в одни руки...
ЛЕССЕР (равнодушно) Не вижу проблемы! По российским законам Моргановский — также полный банкрот, все его активы давно за границей, и то, что вы получите по завещанию там, с иностранных счетов, просто не надо здесь светить! Лично я, как только всё оформлю,— тоже немедленно отсюда свалю и заведу какое-нибудь безопасное гражданство.
СВЕТЛАНА  Смею надеяться, что ты к тому моменту освободишь меня от штампа в паспорте.
ЛЕССЕР  Как только — так сразу!
НЕВЕЖИН  (озадаченно) Господа, давайте не будем выносить на обсуждение личные проблемы! В конце-концов, ещё ничего не решено и ничего не получено. Интересно, где адвокат? Никто не знает предстоящей программы?
ОГАРЁВ  Камердинер, проводивший меня сюда, сообщил, что вместе с адвокатом должны приехать родственники.
НЕВЕЖИН  Ну вот, посмотрят родственники на нас — и откажут в наследстве.
ЛЕССЕР  Глупости. На то оно и завещание, чтобы при всей жадности отказать не смогли. Думаю, родственникам просто интересно будет пообщаться с вами, вспомнить что-нибудь из прошлого... Ну а я — я постараюсь не мешать.
СВЕТЛАНА  Уж сделай милость! Кстати — чьи-то шаги, кажется... Кто там?
ЛЕССЕР  Какая разница? Наверняка, ещё претенденты на наследственный транш. Оставаясь в поле закона, мы не вправе им помешать.
НЕВЕЖИН  Пойду посмотрю... (уходит и вскоре возвращается) Какие-то люди в форме фотографирую особняк и что-то замеряют...
ЛЕССЕР  (возбуждённо) Замечательно! Если в форме — то да, очень грамотно нас тут всех собрать, да и взять тёпленьких!
СВЕТЛАНА  И чем же, по-твоему, мы провинились?
ЛЕССЕР  Да хотя бы тем, что мы претендуем на деньги нашего благодетеля в обход кредиторов, оставшихся с носом. Ведь в здешней юрисдикции, я уже говорил, Моргановский — абсолютный банкрот.
АДЕЛИНА  (с томной улыбкой на лице) Потрясающе, сколько банкротов кругом! Живых и даже мёртвых! Ипполит, нам не опасно здесь находиться?
НЕВЕЖИН Не волнуйся, дорогая, я отлично знаю наши законы.
АДЕЛИНА  Но если мы получим наследство, на которое претендуют кредиторы, разве у нас не могут начаться проблемы?
ЛЕССЕР (с ухмылкой) Начнутся, если в России останетесь. Всем говорю, что надо отсюда ноги уносить, и чем скорее, тем лучше!.. Ужасная страна — вечные революции, потом Гулаги, затем отъемы и перераспределения собственности... а теперь банкротства, которые суть те же отъёмы и перераспределения... Отчего мы не заслужили спокойной жизни?
ОГАРЁВ Полагаю, мы прежде всего заслуживаем ясности. Попробую выяснить, что же всё-таки происходит (уходит).
(В гостевой небольшая пауза — Невежин, наклонившись, что-то шёпотом обсуждает с Аделиной, Лессер углубляется в чтение на экране смартфона, Светлана, развернувшись, направляется к окну).
(В гостевую входит двое: Огарёв представляет Танского)
ОГАРЁВ  Нашего полку прибыло — ещё один номинант из старой когорты, архитектор Танский. Светочка, ты должна его помнить — когда-то он два месяца из твоей бухгалтерии оплату выбивал!
ТАНСКИЙ Я архитектуру давно забросил, ныне вольный художник. Светик, очень рад увидеть тебя! А вы — вы будете Ипполит? Не всю память, выходит, пропил... Остальных, наверное, я не знаю, но всем — здравствуйте!
НЕВЕЖИН Да, помню, конечно. Привет, Миша! Всегда, когда по московскому Центру проезжаю, вспоминаю, какие особнячки мы по твоим планам перестраивали и толкали на перепродажу! Вернуть бы те душевные времена!
ЛЕССЕР Правильнее подумать о нашем ближайшем будущем. Господин... э-э.., господин Танский, вы не видели на улице людей в форме?
ТАНСКИЙ  Конечно видел, это судебные приставы. Описывают дом, хозяевам и гостям находится здесь можно будет до завтрашнего дня. На послезавтра намечены торги.
СВЕТЛАНА  Откуда у тебя такая информация?
ТАНСКИЙ От Натальи Дмитриевны, мамы покойного. Я приехал на её машине.
ОГАРЁВ  Вот так новость! Наталья Дмитриевна в добром здравии и здесь? Я бы хотел её увидеть.
ТАНСКИЙ (тоном доверительно-приглушённым) Она с Людмилой, вдовой Виктора Рудольфовича, зашла через другой вход. Там, где жилая половина.
ОГАРЁВ Да, да, ведь это же ты этот дворец строил, всё знаешь, молодец! А не напомнить ли нам хозяевам о себе? Может, как-нибудь к ним просочиться?
ТАНСКИЙ Запросто, ведь я здесь каждый угол с закрытыми глазами разыщу.  Но всё же — лучше не шастать, ведь это здание есть частная собственность.
ЛЕССЕР Частная-то есть, только про другую честь! Между прочим, приставы имеют право завтрашнего дня не дожидаться, а попросить отсюда хозяев и нас заодно хоть сейчас. Где мы тогда встретимся с адвокатом и подпишем бумаги — в лесу на опушке? Я бы на вашем месте не стал бы стесняться, господа концессионеры!
ТАНСКИЙ (растерянно) Ну... если так... У меня есть телефон Натальи Дмитриевны, давайте-ка, позвоню ей.
АДЕЛИНА  Да, да, лучше позвоните, позвоните!
ТАНСКИЙ (звонит) Наталья Дмитриевна, это Танский... Нет? Людмила? Да, Людмила, здравствуйте ещё раз! Мы вот тут... собрались все, какие указания будут? В зале через пятнадцать минут? Понял, спасибо... Спасибо сердечное, до встречи!  (Отключает телефон). Зря волновались! Через пятнадцать минут нас соберут и обо всём расскажут.
НЕВЕЖИН Вот и ладушки.
ЛЕССЕР Посмотрим. Рассказать — не значит заплатить.
СВЕТЛАНА (негромко) Какой же ты всё-таки злопыхатель!
ЛЕССЕР Я не злопыхатель, а реалист. Готовьтесь к худшему — и что-нибудь, может быть, и обломится (отходит к дальнему окну, отворачивается и читает на экране смартфона).
(Невежин приглашает Аделину подойти к другому окну в глубине сцены, из которого открывается вид на осенний усадебный парк, с намерением что-то показать. Светлана, вздохнув, медленно покидает сцену, следом за ней уходят остальные. Огарёв, оглядевшись и убедившись, что остался один, останавливается у рампы).
ОГАРЁВ Странный день... Что-то, наверное, я сделал не так, поскольку вместо ощущения какой ни есть удачи, подлинной удачи впервые за многие годы,— сплошное разочарование. Неужели я настолько раздавлен судьбой, что даже её неожиданный подарок в виде денег Моргановского не вселяет в меня надежд? Да, на мне с известных пор лежат страшные долги — но я могу воспользоваться советом Лессера и уехать жить туда, где я никому не буду должен. Можно и здесь, в России, прожить незаметно, не открывая счетов и не привлекая внимания дорогими покупками, которые и в лучшие времена меня мало интересовали. Новая жизнь близка и реальна — но отчего предчувствие её не вызывает во мне волнения и страстного желания двигаться вперёд?
Меня парализует страх что-либо потерять? Глупости, у меня давно ничего нет, кроме чемодана вещей на съёмной квартире. Семья, дети? Всё это в прошлом. С бывшей женой не разговариваю, сыну звоню раз в году поздравить с днём рождения, а он меня поздравляет с Новым годом. Общаться чаще нет ни малейшего смысла, поскольку для его будущей жизни я гожусь разве что в качестве ходячего примера, как жить нельзя... Вполне можно перестать волноваться в ожидании конца...
(Прохаживается взад-вперёд — молча, опустив руки в карманы...)
Или меня, как Гамлета, тяготит неизвестность за смертной чертой? Боязнь страны, откуда нет возврата? Вряд ли. Мне пятьдесят — по современным временам немного, однако для миллиардов людей из прошлого это уже полноценная старость, откуда близость той неведомой страны более не должна казаться неоправданной и страшной.
Так отчего же эта моя грусть, возгоняющаяся до тоски? Особенно если с известных пор я не должен никого бояться, и мне ничего не жаль? Людям обычно страшно и жалко терять деньги или отданное чему-либо жизненное время, которое тоже сводится к деньгам. Но поскольку сегодняшним подарком судьбы я лишь немного сокращу задолженность в балансе моего исполнительного листа, чьё действие прервать способна разве что смерть,— значит, не о деньгах я грущу, а о чём-то том особенном и редком, что за деньги не купить —  любовь, здоровье? Нет, конечно, всё это уже было...
(Замирает. Молча глядит под ноги...)
Наверное, меня расстраивает и гнетёт бесконечная пустота вокруг. Давно нет прежней сочности впечатлений, страстного ожидания новизны, приветливости встреч... Давно нет желания побеждать. Жизнь сделалась серой и скучной, причём случилось это задолго до того, как меня вышвырнуло из колеи... Недавно зашёл в музей — и с ужасом осознал, что ни один из шедевров меня больше не цепляет. Я понимаю глубину замысла и совершенство форм — но не ощущаю красоты. Выходит, что красота, которую я всегда считал абсолютной, божественной, определяется только тем, что у тебя внутри. Так муха, садясь на полотно Леонардо, видит перед собой исключительно разноцветный холст, по которому ей, должно быть, весело скакать. Скоро от такой жизни мы все станем как мухи... хотелось бы избежать, но как? Где подлинную красоту обрести, если она на глазах рассыпается? Впрочем, довольно жаловаться. Пойду, вернусь в общество, поближе к красивым людям... (разворачивается и уходит вглубь сцены...)


Сцена 2. Ярко освещённый зал с дорогой мебелью. Гости размещаются в удобных креслах возле столика с напитками и шоколадом. Негромким фоном звучит мелодия PuttinOn The Ritz” [“Жить богато” (англ.) – знаменитая американская джазовая песня конца 1920-х годов]

ТАНСКИЙ (перебирая бутылки на столике, растерянноНе нахожу апельсинового сока... Что ж, налью немного вина, никто же не будет возражать?








....

Текст далее - http://lit.lib.ru/s/shushkevich/text_0160.shtml



























Tags: fata morganoff, повышение пенсионного возраста, пьеса, сценарий
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments